Источники инвестиций в реальный сектор

 

Инвестиции принято делить на прямые (стратегические) и портфельные (спекулятивные).

Прямые (стратегические) инвестиции - те, которые вкладывают непосредственно в производство и сбыт (в реальные активы), или те, которые обеспечивают обладание контрольным пакетом акций, а значит - контроль над предприятием. Действительно, если средства от покупки акций поступают непосредственно эмитенту, то это прямое вложение капитала. Но вполне реальна ситуация, при которой 50-процентный пакет акций компании покупается на вторичном рынке. Деньги, уплаченные за эти активы, не поступают на счет их эмитента, однако очевидно, что столь крупный пакет приобретается для получения контроля над предприятием.

Прямые инвестиции осуществляются без посредников между инвестором и их получателем. Они могут быть только средне- или долгосрочными (получение прибыли следует ожидать не раньше чем через 5-7 лет).

Портфельные (спекулятивные) инвестиции - покупка ценных бумаг на рынке с целью их дальнейшей продажи и получения прибыли. Важно различать портфельные инвестиции в государственные ценные бумаги, деньги от продажи которых идут на покрытие дефицита бюджета, и портфельные инвестиции в корпоративные ценные бумаги. В последнем случае деньги при сделках купли-продажи уже обращающихся на рынке акций поступают их прежнему владельцу, а при покупке акций новой эмиссии - непосредственно предприятию, которые оно может использовать на свое развитие.

Такие спекулятивные капиталы весьма подвижны, они могут быстро и широкомасштабно хлынуть на фондовый рынок страны для скупки акций перспективных компаний или выгодных облигаций, а при ухудшении конъюнктуры столь же быстро покинуть его. Приходя в страну, такой блуждающий капитал подпитывает оборотные фонды предприятий, расширяет возможности их маневра в условиях всеобщего дефицита финансовых ресурсов. Поэтому приток портфельных инвестиций также необходим. Он увеличивает ликвидность вложений. Более того, стратегические инвесторы не станут вносить деньги в уставные капиталы тех акционерных обществ, акции которых не котируются на рынке, иными словами, если они не являются объектом портфельных инвестиций.

Не стоит думать, что прямые инвестиции - полный антипод портфельным. Все существующие в мире инвестиционные фонды прямых вложений приобретают пакеты акций предприятий, добиваются совместно с менеджментом купленной компании роста ее стоимости, а затем продают принадлежащую им часть бизнеса. И делают это для получения прибыли. Следовательно, фонды прямых вложений проводят спекулятивные операции, но срок их более продолжительный, чем при биржевой игре на акциях.

Теоретически источниками инвестиций (прямых или портфельных) могут быть сбережения населения, ресурсы бюджетов всех уровней, собственные средства предприятий, активы коллективных инвесторов (паевых инвестиционных фондов, негосударственных пенсионных фондов, страховых компаний), а также иностранные инвестиции - прямые (стратегические) и портфельные (спекулятивные). Насколько реально привлечь в экономику каждый из них?

Деньги населения

До финансового и банковского кризиса, массового снятия денег со счетов банков и перевода свободных средств в доллары на руках у населения находилось, по экспертным оценкам, до 60 млрд долларов, а после - и того больше. Очередной обман со стороны государства надолго отбил у населения охоту доверять свои сбережения банкам и другим финансовым институтам. Поэтому мобилизовать их для вложения в реальный сектор экономики через банки, паевые инвестиционные и негосударственные пенсионные фонды или страховые компании в ближайшее время вряд ли возможно.

Некоторые аналитики предлагают, используя доверие к доллару, создать специализированный российско-американский инвестиционный банк для работы с валютными средствами россиян. Его могли бы организовать на паритетных началах правительства России и США с равным представительством в совете директоров и правлении банка. Предлагается также не менее половины активов этого банка вкладывать в российскую экономику, в инвестиционные проекты, которые прошли международную экспертизу, одобрены российской и американской сторонами, а прибыль банка делить между этими сторонами, скажем, пополам.

Главное для россиян, которые перестали доверять своему правительству, - это американские гарантии, а потом уже проценты по вкладам. Даже в случае резкого изменения политической ситуации в России (скажем, будет запрещено свободное хождение долларов) вклады россиян могли бы получить в США их наследники. Некоторые высокопоставленные чиновники предлагают пойти еще дальше - разрешить иностранным банкам открывать в России частным лицам номерные валютные счета. Авторы этих идей надеются, что таким образом население получит возможность надежного и прибыльного вложения наличной валюты под американские (и других стран) гарантии, а российская экономика - доступ к крупному инвестиционному ресурсу (деньгам населения). Предполагается, что, имея такой финансовый инструмент, россияне пожелают вернуть хотя бы часть тех десятков (или сотен) миллиардов долларов, которые они вывезли за рубеж.

Эти идеи вряд ли будут реализованы в связи с принятием Госдумой закона, который обязывает банки предоставлять сведения о вкладах граждан по требованию налоговой полиции, т.е. преимущества номерного счета в иностранном банке улетучиваются, не успев родиться.

Что касается иностранных банков, то их отделения в России имеют статус самостоятельных юридических лиц - резидентов со 100-процентным иностранным капиталом. Они подчиняются российскому законодательству и надзору со стороны Центрального банка. Следовательно, в случае принятия нашим парламентом законов конфискационного характера (например, принудительный обмен иностранной валюты на рубли) не исполнить их банки не смогут. Поэтому говорить о гарантиях иностранных банков российским вкладчикам не приходится.

Кроме того, иностранные банки не стремятся работать в России, они даже имеющуюся квоту выбрали неполностью. Двенадцать банков со 100-процентным иностранным капиталом давно имеют право обслуживать российских вкладчиков, но практически им не пользуются. Они обслуживают преимущественно западные фирмы, работающие в России, а из физических лиц - только своих сотрудников и иностранцев. Причины в том, что:

они не верят в способность российских предприятий возвращать полученные кредиты; для работы с деньгами населения нужна разветвленная сеть филиалов, создание которой стоит больших денег; на Западе не принято зарабатывать на деньгах вкладчиков, играя на разнице ставок привлечения и размещения средств, основной доход в этом секторе - комиссионные, которые клиенты платят за услуги (например, пластиковые карты), но, чтобы их предоставить, опять же нужны немалые вложения в технологии и оборудование; криминализация российского общества повышает для банков риск быть вовлеченными в скандалы, обвинения в отмывании нечестных денег. А выгодно вложить привлеченные деньги в России не просто.

Не добавляют оптимизма западным банкирам политические риски и непредсказуемость действий российских властей (от национализации "буржуазного добра" до требования вложить в госбумаги определенную часть средств банка). Иностранцы по-прежнему не считают Россию правовым государством и побаиваются российских властей. И это не удивительно: если им не верят российские вкладчики, то почему должны поверить западные банкиры?

Бюджетные средства

Расходы консолидированного бюджета на государственные инвестиции в 1999 г. составят 55,8 млрд рублей (включая погашение задолженности бюджета за ранее выполненный, но неоплаченный госзаказ), или лишь 3% бюджетных расходов (для сравнения: на обслуживание государственного долга даже после его реструктуризации предстоит затратить втрое больше средств). Но и эта незначительная сумма бюджетных инвестиций, скорее всего, будет существенно урезана. Низкий объем налоговых поступлений, растущие обязательства перед бюджетной и социальной сферами, перед внешними кредиторами постоянно подталкивают власти к тому, чтобы отказываться от инвестиционных расходов, перебрасывая высвобождающиеся средства на выплату зарплаты и пенсий или погашение государственного долга.

Федеральный бюджет 1998 г. в расходной части исполнялся в лучшем случае на две трети от установленных законом параметров. И нет оснований полагать, что это соотношение существенно улучшится в 1999 г. Бюджетные расходы, отдача от которых ожидается за пределами финансового года (долгосрочные промышленные инвестиции относятся к этой группе), попадут под правительственный секвестр одними из первых. За примерами далеко ходить не надо: за 9 месяцев 1998 г. в общей структуре расходов федерального бюджета на обслуживание госдолга приходилось 34,1%, на оборону - 13,5, на социальные мероприятия - 13,1, а на инвестиции в промышленность, энергетику и строительство - лишь 2,6%. В 1998 г. государственная инвестиционная программа была профинансирована только на 32% от уровня, утвержденного лимитами бюджетных обязательств, или в размере 4,1 млрд рублей.

Удельный вес инвестиций, финансируемых из бюджета, упал вдвое. В 1998 г. объем инвестиций по сравнению с 1990 г. уменьшился в 4 раза, в том числе инвестиций производственного назначения - в 5,4 раза. Ежегодный дефицит инвестиций в России составляет, по оценкам экспертов, не менее 42-45 млрд долларов. В то же время инвестиционный потенциал, учитывая перспективы 250 участков разработки российских недр (имеется официальный перечень недр), оценивается в 200 млрд долларов.

В попытке сформировать государственный инвестиционный фонд, не жертвуя при этом скудными ресурсами бюджета, российские власти по-прежнему стремятся заимствовать средства на Западе. Пресловутый "бюджет развития" в объеме 60 млрд рублей, предназначенный для поддержки наиболее эффективных проектов в экономике, практически полностью формируется из связанных зарубежных кредитов, предоставленных России по межправительственным соглашениям, а также из средств неназванных иностранных инвесторов.

При этом не стоит забывать, что, какими бы эффективными ни были отобранные для господдержки инвестиционные проекты, обязанность возврата займов лежит на федеральном правительстве, а не на предприятиях, получивших оборудование в счет связанных кредитов. Таким образом, государство вынуждено идти на увеличение внешнего долга, не имеющего гарантированных источников покрытия, чтобы промышленность получала остро необходимые ей инвестиционны ресурсы. Издержки такой политики очевидны, но она позволяет привлечь в экономику реальные, а не бумажные капиталовложения.

В этом плане возможности регионов ограничены еще больше по сравнению с федеральным уровнем, хотя в бюджетах субъектов Федерации заложены крупные инвестиции. Ведь лишь часть доходов территориальных бюджетов собирается в денежной форме, но они уходят на оплату текущих расходов бюджетной и социальной сфер. Практически иссяк и такой источник, как доходы от реализации областных и республиканских ценных бумаг. После того как многие субъекты Федерации (Якутия, Омская, Новосибирская, Оренбургская области и др.) объявили о принудительной реструктуризации своих долговых обязательств, инвесторы считают эти ценные бумаги крайне рискованным вложением.

Получается, что регион может оказать инвестиционную поддержку предприятиям в лучшем случае в виде налоговых кредитов или взаимозачетов с местным бюджетом. Такая поддержка ослабляет налоговую нагрузку на предприятия, которые могут направить высвободившиеся средства на свое развитие.

Структура инвестиций в основной капитал предприятий в первом полугодии 1998 г. выглядела следующим образом: средства консолидированного бюджета - 17,1% (в том числе средства федерального бюджета - 5,1), собственные средства предприятий - 44,2, кредиты банков - 4,0, средства внебюджетных фондов - 6,9, иностранные инвестиции - 4,2, прочие - 23,5%.

Собственные средства предприятий

Предприятия могут вкладывать в развитие производства собственные средства, формируемые из амортизации и прибыли. Суммарные поступления из этих источников оцениваются Минфином на 1999 г. в размере 421 млрд рублей. На практике, скорее всего, эта цифра будет значительно ниже. Нехватка оборотных средств в промышленности приняла такие размеры, что значительная часть амортизационных накоплений (до 40-50%) попросту "проедается" в процессе текущего воспроизводства. В итоге потенциально мощный финансовый эффект переоценки основного капитала и индексации амортизационных отчислений не используется по своему прямому назначению.

Не меньше проблем и с инвестированием из прибыли, потому что более половины всех предприятий убыточны. Финансовый кризис сказался на падении объема инвестиций даже у естественных монополий. Так, из-за неплатежей потребителей инвестиционная программа РАО "ЕЭС" объемом 5,8 млрд рублей профинансирована лишь наполовину. Общий объем инвестиций по предприятиям связи в 1998 г. снизился почти на 16%, причем иностранные капиталовложения в отрасль составили около 400 млн долларов против 820 млн в 1997 г.

Инвестиционная активность сохраняется лишь в отраслях, имеющих устойчивый сбыт и относительно короткий срок окупаемости вложений, - производство продуктов питания, напитков, лекарств и некоторых других товаров, пользующихся повышенным спросом. Инвестиционные проекты ОАО "ГАЗ" (создание новой модели автомобиля "Соболь") или компании "Май" (строительство чайной фабрики в Подмосковье) реализуются благодаря росту продаж и прибыли от производственной деятельности.

Возможно, положительно скажутся налоговые новшества. Одновременно с уменьшением ставки налога на прибыль с 35 до 30% увеличена льгота на реинвестируемую прибыль - в некоторых случаях компания сможет выводить из-под налогообложения всю прибыль (раньше - максимум половину). Прибыль от вновь введенных мощностей стоимостью свыше 7,5 млн рублей в первые три года будет полностью освобождена от налогов, т.е. у предприятий будет оставаться больше денег и станет выгодно тратить их на улучшение производства.

Масштабные промышленные инвестиции за счет средств, заимствованных у российских коммерческих банков, в ближайшее время невозможны не только из-за высокой инфляции и исчерпанности их капитала. Отечественные банки утратили доступ к дешевым иностранным кредитным линиям, чьи ресурсы они могли перепродавать промышленности. Заимствования же на свободном рынке капиталов должны ориентироваться на доходность в финансовом секторе, которая составляет 55% годовых по сделкам с облигациями Центробанка и абсолютно нереальна для промышленных предприятий как заемщиков.

Подробнее: http://old.nasledie.ru/fin/6_1/6_1_1/article.php?art=56



Если вы незарегистрированный пользователь, ваш коммент уйдет на премодерацию и будет опубликован только после одобрения редактром.

Комментировать

CAPTCHA
Защита от спама
4 + 2 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.