СССР – США: Ультиматум Кеннеди Хрущёву или военная дипломатия Кубинского кризиса

Аннотация: Полвека назад, в 1962 году, на мировой арене возник один из самых опасных кризисов послевоенного периода. Мощнейший военно-политический кризис между СССР и США, связанный с Кубой, находился на грани ядерной войны.

Данная статья посвящена хронике тех памятных событий, которые вошли в мировую историю под разными названиями и до сих пор, спустя полвека, неоднозначно интерпретируются отечественными и западными историками. Разразившись в октябре 1962-го, Кубинский кризис был окончательно ликвидирован лишь в январе 1963 года, когда ООН получила заверения от СССР и США об отсутствии взаимных претензий по данной проблеме.

Ключевые слова: СССР, США, ракетный кризис, Куба, Кеннеди, Хрущёв.

 

 

USSR – USA : the KENNEDY’s ULTIMATUM to KHRUSHCHEV

or

MILITARY DIPLOMACY of the CUBAN MISSILE CRISIS

 

Savoysky Alexander Gennadievitch, Doctor of Political Science

 

Annotation: Half-century ago, in 1962, one of the most dangerous crises of the postwar period arose on the world stage. The most powerful military political crisis between the USSR and the USA, associated with Cuba, has resulted in the high risk of nuclear war.

This article is devoted to the chronicle of those memorable events that went into the world history under different names and so far, half a century later, ambiguously are interpreted by Russian and Western historians. From October 1962, the Cuban missile crisis was finally eliminated only in January 1963, when the UN received assurances from the Soviet Union and the United States that there are no mutual claims on this issue.

Key words: USSR, USA, missile crisis, Cuba, Kennedy, Khrushchev.

Воспоминания очевидца

Ещё не затих окончательно Берлинский кризис, как между СССР и США возникла новая опаснейшая ситуация, связанная с Кубой. Одним из самых непосредственных участников тех драматических событий оказался Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в США Анатолий Фёдорович Добрынин. Перед отъездом в Вашингтон в марте 1962 года, посол побывал у Хрущёва для получения напутственных инструкций. Глава государства сказал прямо, «что война с США недопустима и что посол должен исходить из этого. Это – главное»1.

Сам Анатолий Фёдорович Добрынин позднее вспоминал: «За долгие 24 года моей работы в качестве посла СССР в США пришлось пережить немало драматических и напряжённых событий, которыми изобиловали советско-американские отношения в период «холодной войны». Пожалуй, наиболее запомнившимся был опаснейший Карибский кризис 1962 года, впервые поставивший мир на грань ядерной катастрофы»2.

Предыстория кризиса

После провала интервенции кубинских контрреволюционеров в заливе Кочинос, организованной ЦРУ в апреле 1961 года, Соединённые Штаты продолжали оказывать всесторонний нажим на остров Свободы. На заседании ООН представители 40 стран осудили агрессию США против Кубы. В отдельных государствах мира демонстранты предприняли попытки штурмовать американские дипломатические миссии. Правительство СССР направило США ноту протеста с призывом принять меры к прекращению агрессии против Кубы по свержению режима Фиделя Кастро.

В январе 1962 года США добились исключения Кубы из Организации американских государств и прибегли к экономической блокаде. В Соединённых Штатах шла пропагандистская кампания против СССР, в связи с оказываемой острову Свободы военной и экономической помощью. В мае 1962 года при соблюдении строжайшей секретности между советским и кубинским руководством была достигнута договорённость о размещении на территории Кубы советского ядерного оружия. 24 мая Политбюро ЦК КПСС приняло решение о размещении на Кубе советских ракет среднего радиуса действия и проведении военно-стратегической операции под кодовым названием «Анадырь».

В начале 1960-­х годов, помимо дипломатических связей между СССР и США, существовал и дополнительный связной канал между Вашингтоном и Москвой. Его функцию выполнял советский разведчик, журналист отделения ТАСС и атташе по культуре при советском Посольстве Георгий Никитович Большаков (1922–1989). Имея установленные контакты в правительственных кругах США, он через Министра юстиции страны Роберта Ф.Кеннеди, брата президента США, осуществлял секретные переговоры между руководителями Кремля и Белого дома. Далеко не сразу, а лишь со временем, с этим смирился даже Госдепартамент США. Целью таких секретных переговоров было урегулирование кризисных ситуаций между двумя странами.

В начале июня 1962 года, находясь в гостях у Роберта Кеннеди, Георгий Большаков спросил: «Имеются ли в Правительстве США сторонники «столкновения» с Советским Союзом?» Кеннеди не смутился и ответил, что в Правительстве США таких людей нет, а среди военных, в Пентагоне, такие люди есть. И далее он продолжил: «Недавно военные представили президенту доклад, в котором утверждается, что в настоящее время США превосходят СССР по военной мощи, что в крайнем случае можно пойти на прямую пробу сил. Однако президент отверг предложения…»3.

Понимая, что министр юстиции США никогда не будет полностью откровенным с советским разведчиком, Большаков тут же предпочёл вылететь в Москву, а затем в Сочи, где в Пицунде находился на отдыхе Н.С.Хрущёв. Он передал всё, о чём ему говорили в Вашингтоне, добавив при этом, что американский президент испытывает трудности, находясь под давлением военных, и что это нужно иметь в виду. Хрущёв отреагировал довольно резко в сторону Джона Кеннеди, моментально бросив реплику: «Прибедняется. Президент он или не президент? Если сильный президент, то ему некого бояться. Вся власть в его руках, да ещё брат­ – министр юстиции»4. Однако, даже такое косвенное признание наличия планов нападения на СССР насторожило советское руководство. Это стало одной из причин, побудивших Советский Союз приступить к осуществлению плана «Анадырь» для уравновешивания ядерного потенциала с Америкой.

В ответ на готовившуюся военную агрессию США против Кубы под кодовым название «Мангуст» и в качестве противовеса американским ядерным ракетам, дислоцированным вблизи границ Советского Союза, в Турции, СССР направил в бассейн Карибского моря свои военные корабли. На борту находилось 40 тысяч военнослужащих, 42 ракеты к ядерным боеголовкам и более 90 тактических ядерных зарядов.5

В заявлении ТАСС от 11 сентября 1962 года советское Правительство осудило враждебную кампанию США против СССР и Кубы и подчеркнуло, что «сейчас нель­зя напасть на Кубу и рассчитывать, что это нападение будет безнаказанным для агрессора»6. К этому времени советские корабли уже находились у берегов Республики Куба.

В сентябре того же года Георгий Большаков снова вылетел в Москву с секретным посланием Хрущёву от американского Президента Кеннеди, в котором выражалась обеспокоенность Администрации США советскими военными поставками на Кубу. Вернувшись в Вашингтон в начале октября, он передал ответное послание советского лидера, содержавшее заверения от Правительства СССР в том, что на Кубу поставляется лишь продовольствие и оружие оборонительного характера.

Военная дипломатия

14 октября 1962 года американский самолёт-­разведчик У­-2, пилотируемый майором Ричардом Хейзером, достиг на рассвете Кубы и всего за 12 минут сфотографировал стартовые площадки, предназначенные для ядерных ракет средней дальности, как и сами ракеты Р-12. Через день после анализа информации спецслужбами, снимки с соответствующим комментарием легли на стол Кеннеди. Президент тут же созвал экстренное совещание военных и политических советников, включая министра юстиции, и приказал повысить интенсивность разведывательных полётов над Кубой до шести раз в день.7

Президенту Джону Кеннеди пришлось срочно переоценивать кубинскую ситуацию. В Белом доме начались непрерывные заседания созданной при президенте «кризисной группы». Многие её члены высказывались за немедленное проведение силовых акций, вплоть до бомбардировки советских стартовых позиций и высадки на Кубе американских войск. Однако Кеннеди после долгих колебаний пришёл к выводу, что при решении возникшей проблемы предпочтение должно быть отдано, прежде всего, дипломатии, переговорам и компромиссам, при одновременном использовании силового нажима.

18 октября, в Белом доме состоялась встреча американского Президента Дж.Ф.Кеннеди с Министром иностранных дел СССР А.А.Громыко и советским Послом в Вашингтоне А.Ф.Добрыниным. Беседа с Джоном Кеннеди, как признавал позднее Андрей Андреевич Громыко, была самой сложной из тех, которые ему пришлось вести за 48 лет с каждым из девяти президентов США: от Франклина Рузвельта до Рональда Рейгана. Она содержала резкие повороты, намёки, недоговорённости. По словам Посла Добрынина, Кеннеди и Громыко нервничали, хотя внешне старались этого не показывать. Разговор, в значительной степени, шёл вокруг Кубы и политики США и СССР по этой проблеме. Президент вёл дело к тому, что обострение обстановки произошло из-за действий Советского Союза, поставлявшего Кубе оружие. Хотя и повторил своё признание, сделанное им ещё в Вене при встрече с Хрущёвым в июне 1961 года в том, что вторжение США на Кубу в прошлом было ошибкой.

Диалог в Белом доме шёл напряжённо, но в целом дипломатично, в рамках привычной дискуссии. Громыко заверил, что СССР поставляет на Кубу сельскохозяйственную технику и оружие исключительно оборонительного характера. Президент дипломатично отрицал возможность нападения на остров Свободы, хотя разработанная военными операция «Мангуст» дожидалась только его команды. На протяжении всей беседы Кеннеди ни разу не заявил о наличии на территории Кубы советского ракетного оружия с возможными ядерными зарядами, зная о снимках стартовых площадок советских ракет среднего радиуса действия, лежавших у него в столе. Очевидно, не имея чётко разработанного плана дальнейших действий, он явно не хотел вступать в дискуссию по этому поводу преждевременно. Обсуждался, как обычно, Германский вопрос по Западному Берлину и возможность проведения следующей советско-американской встречи на высшем уровне.

Министр иностранных дел СССР остался, в целом, доволен своим визитом в Белый дом и сразу же отправил успокаивающее сообщение в Москву следующего содержания: «Всё то, что нам известно о позиции Правительства США по Кубинскому вопросу, позволяет сделать вывод, что обстановка в общем вполне удовлетворительная. Это подтверждается как официальными заявлениями деятелей США, включая Президента Кеннеди, в том числе заявлением последнего в беседе с нами 18 октября, так и всей информацией, которая доходит до нас по неофициальным каналам. Есть основания считать, что США сейчас не готовят вторжение на Кубу и сделали ставку на то, чтобы путём помех экономическим связям Кубы с СССР расстроить её экономику и вызвать голод в стране, а тем самым – и восстание против режима. В последние дни острота антикубинской кампании в США уменьшилась и, соответственно, стала больше выпячиваться острота вопроса о Западном Берлине. Газеты шумят о надвигающемся кризисе в связи с Западным Берлином. Можно сказать, что в этих условиях военная авантюра США против Кубы почти невероятна»8.

Добрынин попытался убедить министра дать более настораживающую оценку ситуации, но Громыко не согласился. Видимо, ему очень хотелось отправить приятные новости Хрущёву. Удовлетворённый результатами своего официального визита в США, министр отбыл в Москву. Однако спокойный внешний вид президента США во время их последней беседы ввёл Громыко в заблуждение. Посол Анатолий Добрынин был срочно вызван 22 октября к Госсекретарю США Дэну Раску для весьма важного разговора.

Начало политической лихорадки

Добрынину сообщили, что через час Президент Джон Кеннеди намерен выступить с обращением к нации по радио и телевидению, в связи с событиями вокруг Кубы и, в частности, объявить строгий карантин на все виды советского наступательного оружия, перевозимого на Кубу. Одновременно ему было вручено личное послание Кеннеди к Хрущёву, в котором, в частности, отмечалось следующее: «Должен сказать Вам, что Соединенные Штаты полны решимости, чтобы эта угроза безопасности Западного полушария была устранена. Я не допускаю, что Вы или любой здравомыслящий человек толкнёт в наш ядерный век мир в войну, которую, как это абсолютно ясно, ни одна страна не может выиграть»9. За озабоченностью Президента быстрым развёртыванием на Кубе ракетных полигонов наступательного оружия следовала надежда на то, что советское Правительство воздержится от любых акций, способных лишь углубить этот опасный кризис.

Вернувшись в Посольство, Добрынин оставался в своём кабинете минут двадцать один в полной тревоге, которую вызвал у него Раск, впервые так остро почувствовав всю серьёзность ситуации. Он хорошо понимал, что дело явно шло к опасному повороту в отношениях с США.

Обострение кризисной ситуации

Отечественные и западные аналитики считают 22 октября 1962 года началом обострения кризиса, получившего сразу несколько названий: Октябрьский, Карибский, Гаванский или Кубинский ракетный кризис. В 19 часов (время вашингтонское) Президент Кеннеди выступил по радио и телевидению с заявлением о вероломстве Советского Союза, установившего на Кубе стратегические ракеты; об опасности, нависшей над США, и о необходимости дать решительный отпор. Кеннеди объявил о создании кризисного штаба и потребовал от СССР вывода своей ракетной техники с острова Кубы. Он также дал понять, что Администрация США готова предпринять жёсткие меры, вплоть до начала военных действий, в случае невыполнения предъявленных требований, и потребовал созыва Совета Безопасности ООН.

Стараясь быть максимально объективным, рискуя при этом вызвать недовольство своего министра, Посол Добрынин срочно направил в Москву личное послание Кеннеди Хрущёву и свой откровенный доклад о возникшей угрозе прямого военного столкновения с Соединёнными Штатами.

23 октября в 16 часов по московскому времени государственное радиовещание передало Заявление Правительства СССР. Действия Соединённых Штатов были названы «агрессивными и провокационными». Сообщалось также о приведении Вооружённых Сил страны в полную боевую готовность и отмене отпусков личному составу военных.

Американский Посол в Москве тех лет Фой Дэвид Колер (1962–1966) получил послание Хрущёва к Кеннеди следующего содержания: «Заявление Соединенных Штатов Америки нельзя оценить иначе, как неприкрытое вмешательство во внутренние дела Кубинской Республики, Советского Союза и других государств. Устав Организации Объединенных Наций и международные нормы не дают права ни одному государству устанавливать в международных водах проверку судов»10.

Хрущёв беспокоился. На подходе к острову Свободы находился сухогруз «Александровск» с очередной партией ядерных боеприпасов. К Кубе направлялись ещё два с половиной десятка советских кораблей и подводных лодок МВС СССР.

23 октября Кеннеди выдвинул Хрущёву ультиматум: «Я думаю, Вы признаете, что первым шагом, послужившим началом нынешних событий, было действие Вашего правительства, выразившееся в тайной поставке на Кубу наступательного оружия. Надеюсь, что Вы дадите немедленное указание Вашим судам соблюдать условия карантина, который вступит в силу в 14 часов по Гринвичу 24 октября». Президент также предупредил, что «ракета, запущенная с территории Кубы против любой страны Западного полушария, будет считаться нападением Советского Союза на Соединённые Штаты, требующим адекватного ответного удара по Советскому Союзу»11. В мировую историю это событие вошло под названием «ультиматум Кеннеди Хрущёву». Суть ультиматума сводилась к следующему: либо ракеты немедленно выводятся, либо они будут уничтожены вместе с советским персоналом и со всей Кубой.

24 октября в 23 час. 30 мин., Москва. Посол США Ф.Д.Колер получил дипломатическую ноту с гневным ответом Хрущёва. Действия США характеризовались как «прямой разбой» и «безумие вырождающегося империализма». Ответ советской стороны содержал предостережение о принятии соответствующих мер: «Мы не будем просто наблюдателями пиратских действий американских кораблей в открытом море. Мы будем вынуждены предпринять меры, которые сочтём нужными и достаточными»12.

Международный резонанс

Весь мир замер в ожидании дальнейшего развития событий. 90 американских военных кораблей и 8 авианосцев заняли позиции на подступах к острову Свободы. Военно-морская блокада Кубы со стороны США, приведение американских Вооружённых Сил в боевую готовность побудили СССР и страны Организации Варшавского Договора привести также свои войска и ракетно­ядерные силы в полную боевую готовность.

Сухогрузу «Александровск» удалось зайти в кубинский порт Ла-Изабелла. Обнаруженной советской подводной лодке американцы рекомендовали следовать своим курсом. Движение остальных кораблей оставалось под вопросом.

25 октября Представитель США при ООН Эдлай Стивенсон (1961–1965) выступил в Совете Безопасности с публичным обвинением в адрес СССР, по поводу размещения им ядерных ракет на территории Кубы. В подтверждение сказанному, впервые были продемонстрированы снимки этих ракет, сделанные с воздуха. Обмен заявлениями на заседании Совета Безопасности между Представителем СССР в ООН Валерианом Зориным (1960–1963) и Представителем США в ООН получило широкое освещение в мировой прессе. Не располагая никакой информацией относительно секретного размещения советских ракет на Кубе, Зорин пообещал американцам предоставить ответ позднее. На самом деле, истинного положения дел тогда не знал никто: ни Постоянный представитель СССР при ООН В.А.Зорин, ни советский военный разведчик Г.Н.Большаков, ни даже Министр иностранных дел СССР А.А.Громыко и Посол СССР в США А.Ф.Добрынин. Лишь узкий круг официальных лиц был посвящён в детали военной операции «Анадырь» о том, чточасть советских ракет уже была оснащена ядерными боеголовками, а советское военное командование на Кубе уполномочили на их применение по ситуации. В случае возможной массированной атаки американской армии на Кубу, советские войска, по мнению военных аналитиков, были бы вынуждены применить ядерное оружие.

Кульминация ракетного кризиса

Критическое обострение отношений между СССР и США в октябре 1962 года поставило мир на грань ядерной катастрофы. В течение всего нескольких дней кризиса мир оказался ближе к Третьей мировой войне с применением ядерного оружия, чем когда-либо на протяжении всего последнего периода. Демонстрация решимости применить крайние меры сопровождалась активной пропагандистской кампанией как в СССР, так и в США, оказывая психологическое воздействие на противоположную сторону. В сложившейся ситуации стала очевидной необходимость срочного выбора между миром и войной.

Ночью 26 октября в советское Посольство передали очередное послание Кеннеди Хрущёву, в котором уже звучали примирительные мотивы и сожаление, что эти события вызвали ухудшение в советско-американских отношениях. Президент признался, что призывал к сдержанности тех в стране, кто призывал к действиям; и выразил надежду, что Правительство СССР предпримет необходимые шаги, позволяющие восстановить существовавшее ранее положение.

Учитывая разность во времени между континентами, в 16 час. 43 мин., буквально через два часа после получения письма, американскому Послу в Москве Колеру вручили ответ Хрущёва Кеннеди. Он был в том же ключе: «Я почувствовал, что у Вас есть понимание сложившейся ситуации и осознание ответственности. Это я ценю. Мы не должны поддаваться угару и мелким страстям»13.

Дальнейшие послания передавались кусками. Хрущёв первым выдвинул условия компромисса: «Если бы были даны заверения президента и правительства Соединенных Штатов, что США не будут участвовать в нападении на Кубу, если вы отзовете свой флот – это сразу все изменит»14.

На грани ядерной войны

Однако вскоре случилось непредвиденное. Новое обострение кризисной обстановки вызвал Фидель Кастро. Утром он приказал кубинским ПВО сбивать все американские разведывательные самолёты, а вечером вручил советскому Послу в Гаване А.И.Алексееву (1962–1968) письмо для Хрущёва, в котором уверял в нападении американцев на Кубу в течение ближайших 72 часов и призывал СССР проявить твёрдость. Кубинцы настойчиво обстреливали У-2, но ни в один из них не попали. Командиру одного из советских зенитно-ракетных дивизионов по фамилии Антонец удалось сбить самолёт, приняв самостоятельное решение. Американский пилот Рудольф Андерсон погиб.

Создалась ситуация, когда война могла начаться в любой момент, из-за случайности и помимо воли первых лиц СССР и США. Историки называют 27 октября 1962 года «чёрной субботой» и считают кульминацией всего Карибского кризиса. По воспоминаниям тогдашнего Министра обороны США Роберта Макнамары, сыгравшего важную роль в достижении взаимоприемлемого пути разрешения конфликта, «возвращаясь домой в субботу ночью 27 октября, он не надеялся дожить до следующей субботы»15.

Узнав о сбитом самолёте У-2, советское Правительство распорядилось озвучить по радиовещанию экстренное послание Хрущёва Президенту Кеннеди. Глава Правительства внёс предложение о том, что советская сторона согласна вывезти с Кубы ту военную технику, которую американцы считают наступательными средствами. Американской стороне предлагалось сделать соответствующее заявление о выводе своих аналогичных средств из Турции. Вскоре Джон Кеннеди ответил, что ключевые моменты данного предложения приемлемы.

Развязка

По мнению самого Никиты Хрущёва, кульминацией развязки кризиса стала тайная встреча советского Посла А.Ф.Добрынина с братом президента США, Робертом Кеннеди. Она состоялась в ночь с 27 на 28 октября 1962 года в здании Министерства юстиции в Вашингтоне. Несколькими часами раньше такая же встреча прошла между Робертом Кеннеди и Георгием Большаковым. В обоих случаях были озвучены предложения советской стороне. В обмен на вывоз советских ядерных ракет с Кубы предлагалась ликвидация Соединёнными Штатами своих военных баз в Турции и гарантии о ненападении на Республику Куба. Министр юстиции при этом заявил, что Президент США готов дать гарантии о ненападении и снятии блокады с Кубы, а также о положительном решении вопроса об американских ракетах на территории Турции.

В воскресный полдень 28 октября, Хрущёв созвал Президиум ЦК КПСС на подмосковной даче в Ново-Огарёво. Узнав об американской позиции по выходу из кризиса, было принято решение передать по дипломатическим каналам Президенту США послание: «Я с уважением и доверием отношусь к Вашему заявлению, что на Кубу не будет вторжения. Мотивы, побудившие нас к оказанию помощи Кубе, отпадают. Чтобы завершить ликвидацию опасного конфликта, Советское правительство отдало распоряжение о демонтаже вооружения, которое Вы называете наступательным, упаковке его и возвращении его в Советский Союз»16.

В 15 часов того же дня Министр обороны СССР Р.Я.Малиновский послал приказ генералу Плиеву, командовавшему группой советских войск на Кубе, начать демонтаж стартовых площадок.

В 16 часов советское радио объявило о преодолении Кубинского кризиса: «Во избежание дальнейшего обострения международной обстановки, грозившей перерасти в военное противостоя­ние с непредсказуемыми последствиями, вплоть до начала новой мировой войны, Правительство СССР сочло разумным согласиться с требованием США о вывозе советских ракет с территории Кубы в обмен на заверения Правительства США о соблюдении территориальной неприкосновенности острова, гарантии невмешательства во внутренние дела Кубы и обещание вывести американские ракеты среднего радиуса действия с территории соседней с СССР Турции»17.

Как известно, обе стороны свои обязательства выполнили. Все ядерные боеголовки были погружены в течение трёх дней на сухогруз «Архангельск». 1 ноября 1962 года его экипаж взял курс на Североморск. Для вывоза остальной военной техники понадобилось ещё 3 недели.

20 ноября Президент Кеннеди своим распоряжением отменил морской карантин. Ещё через 10 дней газета «Правда» написала о том, что США и СССР дали инструкции своим представителям в ООН оформить окончательное урегулирование Кубинского кризиса18. 25 декабря 1962 года, в Рождество на Кубе, из Гаваны отплыл последний советский корабль, увозя тактические боеголовки. На этом военно-политическая операция «Анадырь» завершилась.

В январе 1963 года ООН получила заверения от США и СССР в том, что Кубинский кризис ликвидирован. В следующем месяце кубинский лидер Фидель Кастро совершил свой первый официальный визит в Москву и вместе с Хрущёвым принимал 23 февраля парад с трибуны мавзолея на Красной площади в честь Вооружённых Сил СССР.

Послесловие

После Октябрьского кризиса 1962 года в советско-американских отношениях больше не возникало новых серьёзных кризисных ситуаций. Не возникало больше и угрозы вторжения США на Кубу во все последовавшие годы, что являлось одной из главных задач Кремля в Карибском кризисе.

Как писал в своих мемуарах Добрынин, ему навсегда запомнилась лихорадка Октябрьского ракетного кризиса, когда весь мир буквально висел на волоске от ядерной катастрофы. В решающие моменты Джон Кеннеди и Никита Хрущёв оказались на высоте, проявив политическое мужество и выдержку. Страшно даже подумать, если бы на месте Президента Кеннеди, Министра обороны Макнамары и Госсекретаря США Раска оказались тогда другие люди.19

С завершением Кубинского кризиса окончилась и миссия в США военного разведчика, журналиста Георгия Большакова. Американские друзья незаслуженно обвинили Большакова в том, что он умышленно вводил в заблуждение руководство их страны по вопросу о Кубе, отрицая наличие там ядерных ракет. В ведущих американских изданиях даже появились статьи о деятельности советского разведчика без упоминания имён представителей правительственных кругов США. О деталях, приведённых в статье, мог знать только Роберт Кеннеди. Несмотря на это, Большакова провожали торжественно. Большой банкет по случаю его отъезда состоялся в советском Посольстве в Вашингтоне. Американское журналистское общество также устроило приём в честь своего опального коллеги. На нём присутствовал и сам Министр юстиции Роберт Кеннеди, который после банкета отвёз Георгия Большакова на своей машине домой. Впоследствии он не раз вспоминал о своём советском друге добрыми словами. Вскоре после отъезда Большакова, Роберт Кеннеди прислал ему краткое письмо следующего содержания: «Дорогой Георгий, хотя прошло более двух месяцев, как Вы уехали из США, всё ещё существует мир. Я не думал, что это возможно. Как бы то ни было, мы все скучаем без Вас. Я надеюсь, Вы рассказали вашим друзьям­коммунистам, что мы хорошие люди и, я надеюсь, они Вам верят»20.

Кубинский кризис имел очень важные, далеко идущие последствия для развития международных отношений. Оба лидера мировых супердержав – Никита Хрущёв и Джон Кеннеди – вольно или невольно осознали большую опасность от возможности взрыва такого кризиса, в котором они напрямую противостояли друг другу.

Реальная опасность ядерного конфликта подтолкнула Джона Кеннеди к существенному пересмотру политического курса Администрации США в отношении Советского Союза. В июне 1963 года, выступая в Американском университете, он призвал найти точки соприкосновения между США и СССР, совместно искать решения спорных международных проблем за столом переговоров и более реалистично подходить к советско­-американским отношениям. С его указания, по дипломатическим каналам началось зондирование почвы для новой встречи между ним и Хрущёвым, которой так и не суждено было состояться.

Советский военный разведчик и журналист Георгий Большаков по возвращении в СССР заведовал отделом Агентства печати «Новости» в Москве. С уходом в 1964 году с политической арены Н.С.Хрущёва, с которым он лично поддерживал контакты, завершилась и его карьера. Только в мае 1999 го­да, благодаря Владимиру Путину и академику Евгению Примакову, Г.Н.Большаков был награждён орденом Почёта (посмертно).21

Советский военный контингент продолжал оставаться на Кубе. Лишь в 1991 году, вопреки возражениям кубинской стороны, Президент СССР М.С.Горбачёв отдал приказ о выводе с территории острова советской «учебной бригады», состоявшей из военных советников и советских солдат, проходивших там учение, в количестве 11 тысяч человек22.

Отзвуки прошлого

О Карибском кризисе снова вспомнили в 2000­-х годах. Через 40 лет после самого опасного кризиса в истории человечества, дети бывших руководителей СССР и США – Сергей Хрущёв и Каролина Кеннеди – встретились в Бостонской Библиотеке имени Джона Ф.Кеннеди, чтобы обменяться воспоминаниями, записями и документами. «Переживаешь очень сильный эмоциональный момент, – сказала Каролина Кеннеди, – когда понимаешь, что наши отцы перевели стрелки с опасности начала войны на начало мирного процесса, они сделали это для нас и для всех детей, оказавшихся под угрозой мирового конфликта»23.

Несмотря на американское гражданство, полученное в 1999 году, Сергей Хрущёв выступил в защиту своего отца: «Советский Союз должен был поддерживать Кубу, потому что она была союзником и ощущала опасность американского вторжения, в частности после того, как ЦРУ попыталось организовать высадку в Baia del Porci. Это был стратегический вопрос, аналогичный предложению Соединённых Штатов обеспечить безопасность Западного Берлина. Москва должна была продемонстрировать всем своим союзникам, что твёрдо намерена выполнять обязательства по их защите. Мой отец и Президент Кеннеди вступили в прямые переговоры с самого первого дня кризиса, что свидетельствует о том, что они доверяли друг другу. Если бы они не желали разговаривать, то дела обстояли бы гораздо хуже»24.

По словам советника американского президента 1961–1963 годов Артура Шлезингера, присутствовавшего на встрече, «ракетный кризис был самым опасным моментом в истории человечества, потому что никогда раньше две супердержавы, способные разрушить мир, не вступали в подобное противостояние. Нам посчастливилось выжить»25.

В 2006 году в Москве была выпущена уникальная в своём роде книга под названием «Анатомия Карибского кризиса»26, содержащая копии подлинных документов, письма, фотоматериалы. Её автор – отечественный историк Серго Микоян, сын другого советского государственного деятеля – Анастаса Ивановича Микояна, встречавшегося в качестве представителя Правительства СССР с руководителями США и Кубы в период Карибского кризиса.

В октябре 2007 года на итоговой конференции саммита «Россия–ЕС» в Португалии, Президент РФ Владимир Путин сравнил планы США разместить элементы противоракетной обороны в Восточной Европе с Карибским кризисом 1960-­х годов27, когда ядерные ракеты СССР и США были направлены друг против друга.

В октябре 2012 года, спустя 50 лет после тех памятных событий, о Карибском кризисе заговорили с новой силой. Время от времени в печати появляются новые факты, которые не были известны ранее. Опубликованы, например, записи разговоров в Белом доме, благодаря чему выяснилось, что все члены кризисного комитета, который был создан при Джоне Кеннеди, высказались за военную акцию против Кубы. Лишь один Президент Кеннеди тогда сказал: «Всем спасибо, но я как Верховный главнокомандующий принимаю другое решение»28. И это оказалось спасением для всех, поскольку на Кубе находилось в общей сложности более 90 тактических ядерных зарядов, которые могли быть использованы в случае атаки. Куба стала для СССР тем же, чем был для Америки Западный Берлин: маленький клочок Земли посреди враждебно настроенной территории, отделённый от США расстоянием менее 200 км, но если его не защитить, то можно было потерять лицо великой державы.29

Большая заслуга в восстановлении исторической справедливости по вопросам этого международного кризиса принадлежит отечественному академику Александру Александровичу Фурсенко. Его американский коллега, историк Тимоти Нафтали уже в 2000-х годах озвучил интересную гипотезу. По его мнению, американские генералы, которые присутствовали на совещании в Белом Доме во время начавшегося Кубинского кризиса, окончили военные академии до атомной эры. Они относились к ядерному оружию иначе, чем Кеннеди и Хрущёв, полагая, что это очень мощное оружие можно вполне пустить в ход. Для Кеннеди и Хрущёва, стоявших во главе двух мировых держав, применение ядерного оружия было мерой экстраординарной. «Всем было ясно, что война будет куда более разрушительной, чем Вторая мировая. Война исключалась»30.

Заключение

Карибский кризис удалось разрешить не военными, а дипломатическими методами. Сохранение официальных и неофициальных контактов между двумя странами, особенно в период крайней напряжённости, политическая воля к ведению активного диалога, выдержка, способность услышать другую сторону и пойти на реальный компромисс – всё это имело большую ценность и не давало «холодной войне» перерасти в ядерную. Дальнейшая история советско­-американских отношений это наглядно подтвердила.

«Хотя в современных условиях вероятность повторения подобного кризиса в российско-американских отношениях очень невелика, его уроки могут пригодиться в других потенциальных ядерных конфликтах XXI века»31, считает российский академик Андрей Кокошин. С таким мнением трудно не согласиться.

 

ЛИТЕРАТУРА

  1. В Португалии прошел саммит Россия–ЕС. ПРО у границ РФ Путин сравнил с Карибским кризисом // Интернет-ресурс – http://www.newsru.com/world/26oct2007/sammiteu.html. Дата обращения – 28.10.2007.

  2. Дети Кеннеди и Хрущева встретились через 40 лет после Карибского кризиса // Интернет-ресурс – http://www.newsru.com/world/22oct2002/kuba.html. Дата обращения – 12.09.2012.

  3. Добрынин А.Ф. Сугубо доверительно. – М., 1997.

  4. Добрынин Анатолий Федорович // Интернет-ресурс – http://www.biograph.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=235:dobryninaf&catid=9:diplomat&Itemid=29. Дата обращения – 24.06.2010.

  5. Карибский (Кубинский, Октябрьский) кризис. Толковый словарь обществоведческих терминов / Под ред. Н.Е.Яценко. 1999 // Интернет-ресурс – http://www.slovarnik.ru/html_tsot/k/karibskiy-kubinskiy-okt8br5skiy-krizis.html. Дата обращения – 11.09.2011.

  6. Карибский (Кубинский) кризис 1962 // В кн.: Энциклопедия российско­американских отношений. XVIIIXX века / Автор и составитель проф. Э.Я. Иванян. При участии канд. ист. наук В.И.Батюка, М.А.Литвиновой, д­ра ист. наук В.О. Печатнова.М., 2001. С. 241.

  7. Карибский кризис: мир у опасной черты // Интернет-ресурс – http://baranovichi.by/world-news/29773-karibskij-krizis-mir-u-opasnoj-cherty.html. Дата обращения – 30.09.2012.

  8. Карибский кризис: на грани ядерной войны // В кн.: Савойский А.Г. Россия – США: 200 лет экономической дипломатии (1807–2007). 2-е изд. с доп. – М.; Пятигорск, 2011. С. 316–332.

  9. Кокошин А.А., академик: «Уроки Карибского кризиса должны послужить выработке принципов стратегической стабильности в современной конфигурации сил» // Интернет-ресурс – http://aakokoshin.ru. Дата обращения – 19.10.2012.

  10. Люлечник В. Он был другом Р.Кеннеди (Разведчик века – Георгий Большаков) // Интернет-ресурс – http://www.russian-globe.com/N60/Lulechnik.OnBulDruomKennedi.htm. Дата обращения – 11.09.2011.

  11. Микоян С.А. Анатомия Карибского кризиса. М., 2006.

  12. «Правда», 1 декабря 1962 года.

  13. Сергей Хрущев о том, как 50 лет назад была предотвращена ядерная война // Интернет-ресурс http://ria.ru/interview/20121026/906940805.html. Дата обращения 26.10.2012.

  14. Фурсенко А., Нафтали Т. Безумный риск. Секретная история Кубинского ракетного кризиса 1962 г. – М., 2006.

 


 

1 Добрынин А.Ф. Сугубо доверительно. – М., 1997; Добрынин Анатолий Федорович // Интернет-ресурс – http://www.biograph.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=235:dobryninaf&catid=9:diplomat&Itemid=29. Дата обращения – 24.06.2010.

2 Цит. по: Там же.

3 Люлечник В. Он был другом Р.Кеннеди (Разведчик века – Георгий Большаков) // Интернет-ресурс – http://www.russian-globe.com/N60/Lulechnik.OnBulDruomKennedi.htm. Дата обращения – 11.09.2011.

4 Цит. по: Там же.

5 Карибский (Кубинский, Октябрьский) кризис. Толковый словарь обществоведческих терминов / Под ред. Н.Е.Яценко. 1999 // Интернет-ресурс – http://www.slovarnik.ru/html_tsot/k/karibskiy-kubinskiy-okt8br5skiy-krizis.html. Дата обращения – 11.09.2011.

6 Цит. по: Добрынин Анатолий Федорович.

7 Карибский кризис: мир у опасной черты // Интернет-ресурс – http://baranovichi.by/world-news/29773-karibskij-krizis-mir-u-opasnoj-cherty.html. Дата обращения – 30.09.2012.

8 Цит. по: Добрынин Анатолий Федорович.

9 Цит. по: Карибский кризис: мир у опасной черты.

10 Цит. по: Там же.

11 Карибский (Кубинский) кризис 1962 // В кн.: Энциклопедия российско­американских отношений. XVIIIXX века / Автор и составитель проф. Э.Я. Иванян. При участии канд. ист. наук В.И.Батюка, М.А.Литвиновой, д­ра ист. наук В.О. Печатнова. М., 2001. С. 241.

12 Цит. по: Карибский кризис: мир у опасной черты.

13 Цит. по. Там же.

14 Цит. по. Там же.

15 Цит. по: Энциклопедия российско­американских отношений. XVIIIXX века. С. 241.

16 Цит. по: Карибский кризис: мир у опасной черты.

17 Цит. по: Энциклопедия российско­американских отношений. XVIIIXX века. С. 241–242.

18 «Правда», 1 декабря 1962 года.

19 Добрынин Анатолий Федорович.

20 Цит. по: Карибский кризис: на грани ядерной войны // В кн.: Савойский А.Г. Россия – США: 200 лет экономической дипломатии (1807–2007). 2-е изд. с доп. – М.; Пятигорск, 2011. С. 327.

21 Там же. С. 316–332.

22 Энциклопедия российско­американских отношений. XVIIIXX века. С. 242.

23 Цит. по: Дети Кеннеди и Хрущева встретились через 40 лет после Карибского кризиса // Интернет-ресурс – http://www.newsru.com/world/22oct2002/kuba.html. Дата обращения – 12.09.2012.

24 Цит. по: Там же.

25 Цит. по: Там же.

26 Микоян С.А. Анатомия Карибского кризиса. М., 2006.

27 В Португалии прошел саммит Россия–ЕС. ПРО у границ РФ Путин сравнил с Карибским кризисом // Интернет-ресурс – http://www.newsru.com/world/26oct2007/sammiteu.html. Дата обращения – 28.10.2007.

28 Цит. по: Сергей Хрущев о том, как 50 лет назад была предотвращена ядерная война // Интернет-ресурс http:// ria.ru/interview/2013\1026/906940805.html/  Дата обращения 26.10.2012.

29 Там же.

30 Цит. по: Фурсенко А., Нафтали Т. Безумный риск. Секретная история Кубинского ракетного кризиса 1962 г. – М., 20061 Кокошин А.А., академик: «Уроки Карибского кризиса должны послужить выработке принципов стратегической стабильности в современной конфигурации сил» // Интернет-ресурс – http://aakokoshin.ru   Дата обращения – 19.10.2012.

САВОЙСКИЙ Александр Геннадьевич, кандидат политических наук

29 апреля 2013 г.

Nasledie.ru



Если вы незарегистрированный пользователь, ваш коммент уйдет на премодерацию и будет опубликован только после одобрения редактром.

Комментировать

CAPTCHA
Защита от спама
18 + 2 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.